Перейти к содержанию
Вход  
Елена Шантова

Елена Шантова. Людка. Повесть

Рекомендуемые сообщения

Елена Шантова

Елена Шантова. Людка

Глава 1. Приезд Людки

Я заканчивала второй курс педагогического училища, и к бабушке Симе и деду Фокину приезжала редко. Когда сошёл снег и подсохли дороги, до колеи в пояс развороченные в распутицу, потянуло в родовой дом, на железнодорожную казарму. Так называлось местечко за городом, где в пятидесятые построили два одноэтажных дома для путевых обходчиков: на две семьи и на пять. Дома стояли в общем дворе, но каждая семья имела ещё и свой небольшой дворик возле крыльца. А посередине возвышалась любимица всех поколений казармских детей - старая водопроводная колонка.

Я сошла с рабочей электрички, её здесь называли вагончиком, и медленно, уделяя внимание каждой тропинке, смакуя приметы детства, шла на казарму. Начинался тёплый май, травы только стали подниматься, и скошенные осенью луга были похожи на новые зелёные паласы. Сады заневестились, распространяя в округе тонкий аромат весны. Казарма уже показалась за железной дорогой. Перейдя по деревянному настилу через полотно путей, я оказалась в родных местах. Здесь было тихо, никто не бегал, не шумел, последние внуки выросли, и жизнь старших представителей семей текла теперь спокойно и размеренно, в хлопотах по хозяйству.

Я подходила всё ближе и ближе. Вот он двор. Здесь всегда было много детей. Раньше в школу ездили на паровозе за семь километров. В моё детство мы жили на казарме только летом. Больше всех было нас, Фокиных, - восемь внуков. Мы бегали по двору, играли, кувыркались на сене, плясали босые под дождём, прятались в кукурузных полях. За нами никто не следил. Я хорошо помню этот шальной, пьянящий ветер свободы, который целыми днями свистел в ушах. Поздно вечером, чёрные от пыли и загара, с разодранными в кровь коленками, мы пытались незаметно пробраться в дом, но бабушка вылавливала нас и отправляла в баню, которую специально каждый вечер топил дедушка Фокин. Потом, чистые и румяные, мы ужинали варёной картошкой с парным молоком и ещё долго куролесили в спальне, где стелились вповалку на полу. Когда бабушка вконец с нами выматывалась, раздавала родителям, но не надолго. Через неделю мы снова появлялись на казарме чистые, причёсанные, с зажившими синяками и ссадинами.

Мои воспоминания неожиданно прервала цыганка, которая прошла по общему двору. Она была босая, не молодая уже, но стройная, в широких цветастых юбках и красном платке, туго перевитом на затылке с чёрными блестящими волосами. Увидев меня, она горделиво повела плечами и скрылась в соседнем доме. Раньше сюда не ходили цыгане, и я поспешила предупредить бабушку, но в квартире никого не оказалось.

Хозяйственные постройки и огороды ютились за общим двором. Дедушка Фокин сосредоточенно копошился в бане, а бабушка Сима носилась по огороду, ухаживая за молодыми посадками: то поливала их, то подвязывала. Всё делала спонтанно, наскоком. Наблюдая за ней, я невольно вспомнила слова другой моей бабушки:

- У Симухи, как всегда: прыг-скок, мозги наискосок! Пойду в поле картошку полоть на рассвете, до жары, гляжу,- мчится с мотыгой. Здорово, говорю, сватья. Она только рукой махнёт и – мимо. Через час – ба-а,- назад! Ни здрасьте тебе, ни досвидания. Потом зайду на её огород: по кусту там, сям выдрано, а остальное - потоптано. Вот и вся прополка!

Увидев меня, бабушка Сима обрадовалась:

- Всё, Ленка. Пошли чай пить.

- Я сейчас цыганку во дворе видела.

- Это Катя,- бабушка сняла рабочий халат и повесила на гвоздь в сарайке, ополоснув руки в бочке с водой, повела меня в дом.- Старший сын у неё на железную дорогу устроился, и ему дали комнату Бородиных. Они всей семьёй туда въехали. Там целый табор.

- Но они же воровать будут.

- Ну что ты. Цыгане не воруют у соседей, но шумно стало: как возьмутся петь, - захочешь, а не уснёшь.

За четыре месяца в доме ничего не изменилось, и даже полы никто не мыл. На кухонном столе - клеёнка в беспорядочной сеточке порезов, в них крошки. Бабушке некогда уборкой заниматься: хозяйство большое, а силы давно не те.

В электрическом чайнике вскипела вода, бабушка разлила её по чашкам, и добавила золотистую заварку.

- Чай не пил, – откуда сила, чай попил, – совсем ослаб,- смеётся она беззубым ртом.- Ну, рассказывай, как поживаешь? Учишься?

Она налила чай в блюдце, поверхность воды, остывая, подёргивалась тонким парком. В чашке, где чай горячее, она мочила сухарик, грызла его и громко запивала из блюдца. Сколько я ни пробовала так пить, не получалось: блюдечко наклонялось в стороны, и чай проливался. Поэтому, обжигаясь, я пила из чашки.

- Нормально всё. Как вы тут? Олежка?

- Да мы-то что? Живём себе, хлеб жуём. Корова, хозяйство. Олежка в училище стипенсию получает.

- Вы – пенсию, а он – стипенсию?

Олежка – её внук от младшего сына, а мне двоюродный брат. Родители его развелись, и давно жили новыми семьями. Младшая сестра Оксанка осталась с матерью, а Олежку так и вырастили бабка с дедом.

- Людка приехала вчера,- бабушка подлила себе чая и с удовольствием хлюпала его из блюдечка. Она родилась на Севере в местечке Имандра, что под Мурманском, и в семье было принято много чаёвничать.

- Какая Людка?- удивилась я.

- Здрасьте. Дризгалович - сестры моей Тамарки. С матерью у них не заладилось что-то,- она громко потягивала чай.- Приехала без объявления, можно, говорит, поживу, тётя Фима. А куда я её, выгоню, что ли? Ну, поживи, говорю, ладно.

- И где она?

- Да спит, вон, в спальне. Вторые сутки уж.

Вот так новость! У меня приехала новая родственница, а я и не знаю. И даже не видела её никогда.

- А сколько ей лет?

- Тридцать восемь, вроде, да выглядит - умора, как курёнок. Пианистка хренова!

- Как пианистка?

- Ну, больная она с рождения. Падучая у неё. Тамарка с ней и носилась. Говорят, хорошая пианистка, вроде. Конкурсы там всякие выигрывала. И работать взяли в училище балетное в Мурманске. Компониатором, что ли? Там простых не берут. А сейчас, говорит, уволилась, не хочет больше.

Ничего себе! Сколько событий произошло, пока меня не было: цыгане, Людка. У меня дух захватило. Какой интересный человек приехал! Пообщаться бы. Я посмотрела на часы – уже одиннадцать.

- А скоро она проснётся?

- А я откуда знаю. Устала с дороги. Время-то здесь другое.

Бабушка увела корову на выпас, а я прошла в зал: за дверью спальни было тихо.

Тётку Тамару, младшую бабушкину сестру, я не любила. Она приезжала каждое лето вместе с мужем, молчаливым дядей Аркадием. Бабушка рассказывала, что в молодости у неё был другой жених. Его посадили на год, а тётка быстро выскочила замуж и родила Нинку. Жених вскоре вернулся и откусил изменнице нос. Его потом пришили, но получилась некрасивая кожаная нашлёпка. Тётка Тамара и сама была некрасива. Маленького роста, коренастая, с белесым пухом на голове вместо волос, она везде лезла и орала с утра до вечера: всё корчила из себя городскую, знающую.

- Ой-ой, Фимка, окна у тебя вафратые!- кричала она, не выговаривая свистящие и щипящие звуки.- Фё, трудно помыть, фто ли? Бефдельников у тебя полный дом! Фагнала их и пуфть моют.

Я всегда помогала бабушке, и было обидно за бездельников.

- Ленка, не нафывай бабуфку Фимой, она Ефимия по пафпорту, поняла?- свистящие и щипящие снова слились у неё в один звук. Но все бабушку звали Симой, и к Фиме мы не привыкли.

- Я не виновата, что вы «Сима» не выговариваете.

- Ты пофмотри какая хабалка, а? Я ей - флово, а она – два.

Тётка Тамара всеми командовала, деду Фокину указывала, как есть, куда садиться в собственном доме, бабушку учила стирать белье. Её терпели целый месяц, пока длился отпуск,- родня, куда деваться.

- Ленка, ты фего на крыльце рафулафь?- кричала она.

- А где разуваться?

- Вофле крыльца. Не понятно, фто ли?

Откуда понятно, если мы всегда на крыльце разувались.

Один раз приехала, смотрю, в зале - швейная мастерская: тётка Тамара выволокла из шкафа все пододеяльники и режет их ножницами. Я потихоньку спросила бабушку:

- Она что, дырки в другом месте делает?

- Говорит, у меня все неправильно: ни один пододеяльник к одеялу не подходит: то больше, то меньше. Вот она их и перешивает,- вздохнула бабушка.

Раньше Дризгалович приезжали всей семьей и жили целое лето в двухкомнатной небольшой квартирке Фокиных полностью на их харчах: всё с огорода было своё, да живности полный хлев. Нинка – старшая дочь, красивая, похожая на дядю Аркадия, с мужем и сыном теперь жила в Москве, но родственников по тётке Фиме к себе не пускала. Однажды, когда мне было десять лет, мы с родителями поехали к ней. Нинка встретила нас нелюбезно, водила по магазинам и показывала пальчикам, что мы должны ей купить. А потом тётка Тамара привезла бабушке Симе известие, что я у Нинки по шкафам лазила. Бабушка обиделась на сестру:

- А что-нибудь пропало? Ленка может только книжки брать, читать больно любит, а чужого не возьмёт никогда!

- Нет, ничего не пропало, но Ленка лазила везде.

Я плакала от обиды, а бабушка успокаивала меня, что Нинка, зная горделивый характер моей матери, специально наговорила, рассчитывая, что мы больше к ней не поедем.

У Людки, младшей, с детства были страшные приступы эпилепсии. Отец мой рассказывал, бывало, бегали с казармскими детьми во дворе: четверо мальчишек Фокиных и две Дризгалович, и вдруг Людка падала на траву, её выкручивало, било в судорогах, она писалась, а изо рта шла пена. Дети от страха разбегались кто куда. Тётка Тамара засовывала ей в рот ложку и зачем-то накрывала больную детской ванной.

Часы показывали три, а Людка не просыпалась. Я помогала бабушке в огороде и бегала домой.

- Чего метаешься?- спрашивала она.- Завтра её увидишь.

Но ждать до завтра я не могла.

- А ты можешь её разбудить?

- Посмотрим. Как закончу с делами, может, и разбужу,- она рыхлила землю на капустном участке, тяпка так и мелькала в руках.

- А почему ты никогда не поёшь? Баба Вера и мама всё время поют.

Бабушка смутилась, с моей роднёй по матери у неё были натянутые отношения. Они презрительно называли её малахольной и безалаберной, и когда злились на меня, говорили:

- У-у-у, в Фокиных пошла. Чистая Симуха!

- Ну, почему я не пою? Пою,- и слабеньким голосом она неуверенно затянула.- Ходит па-арень по дере-евне мимо до-ома моего-о...

После огорода я присела отдохнуть на крыльцо. У цыган напротив - шумно. Катя стояла посередине двора и что-то кричала. Две рослые крепкие девушки, похожие на неё, принесли детскую металлическую ванну, поставили у крыльца и налили в неё ледяную воду из колонки. Потом насыпали стирального порошка и стали макать туда цветные широченные юбки и ещё какие-то тряпки. Стирать они явно не умели. Невыжатое белье кидали прямо на крыльцо. Перемочив огромную партию, девушки вылили воду на тропинку и понесли ванну к колонке. Потом, набрав чистой воды, они бегали к крыльцу за мокрыми вещами и снова макали их в ванну, изображая полоскание. Через некоторое время, решив, что этого достаточно, девушки стали набрасывать невыжатое и ещё мыльное белье на забор вокруг их дома. Меня позабавила такая стирка. Скоро забор закончился, и цыганки перебежали к нашему. Не спросив разрешения и не обращая на меня никакого внимания, с размаху они шлёпали бельё на колья. Мыльные брызги, перламутром сверкая на солнце, летели в разные стороны, и, наконец, попали на меня.

- Что вы делаете?- крикнула я.- А ну, аккуратнее!

Девушка помоложе и пониже ростом, внимательно посмотрела на меня, и смело спросила:

- А ты кто, девушка?

- Я внучка бабушки Симы.

Цыганки поворковали между собой, бросили остатки белья в ванну, и, быстро пройдя через калитку, сели со мной на крыльцо. Они оказались дочерьми Кати, ту, что помоложе, звали Зарой, а вторую Наташей. Заре было всего тринадцать лет, но она уже оформилась во взрослую девушку с полными бедрами и высокой грудью, Наташа была тоньше, выше ростом, молчаливее и спокойнее, и оказалась старше меня на год. Зара всё время тараторила:

- А ты когда приехала? Ты далеко живёшь, да? Сколько тебе лет? Ты Лена, да? Ты волосы красила, да?

Я не успевала ответить на первый вопрос, а она уже задавала второй. Наташа только смеялась и, стесняясь, прикрывала губы рукой. Оказалось, у Кати одиннадцать детей, повзрослевшие – Замир, Соня, Наташа и Зара - жили с нею, а год назад она родила ещё мальчиков-близнецов. Остальные дети успели обзавестись семьями. Кроме Замира, никто в семье не работал. Катя с утра забирала близнецов и с дочерьми ехала на колхозный рынок промышлять гаданием.

Молодые цыганки мне понравились своей непосредственностью. Увидев бабушку Симу, они, как испуганные воробышки, вспорхнули с крыльца, схватили ванну с бельём и убежали домой.

Бабушка села рядом, вытерла пот со лба:

- Чего они тут начирикали? Хорошие девчонки, только живут по-своему, по-цыгански. Смотри, как бельё накидали на грязный забор. И стирать-то не умеют.

Снова появилась Наташа. Она сняла с забора мокрую юбку, стала мыть ею своё крыльцо.

- Лихо!- засмеялась бабушка.

В пять часов она разбудила Людку. Та с час возилась в спальне и, наконец, вышла в зал.

- Это Ленка – старшая Шуркина. Сами-то на Камчатке живут, а она учится здесь.

Людка протянула мне руку, и очень этим понравилась. Но её внешний вид шокировал. Выглядела она странно: альбиноска, совершенно не развитая по женскому типу, похожая на мальчика лет четырнадцати, она и правда напоминала небольшую курочку-подростка, и была маленькая и некрасивая, как мать, даже волосы на голове - белым пухом. Мы втроём сели в зале за стол, накрытый бархатной малиновой скатертью, на диване и креслах были такие же покрывала, а на дверях - шторы. Бабушка включила телевизор. Сначала я чувствовала себя скованно. Людка разговаривала грубовато, низким голосом, а когда смеялась, раскатисто и с громким гыканьем, сразу привлекала внимание окружающих. Меня интересовали балетное училище и классическая музыка, но я не всегда понимала, о чём Людка рассказывает, она выражалась путано, непонятно, и часто вообще не про то, о чём я спрашивала. Вдруг Людка побледнела, наклонилась в мою сторону, глаза её страшно расширились, взгляд поплыл, а правая рука стала неестественно выкручиваться в обратную сторону. Я испугалась, а бабушка схватила Людку и крикнула мне:

- Иди отсюда, не смотри! Приступ у неё.

Я побежала за дедом Фокиным.

- Приветила на свою голову!- бросил он на пути к дому.- Своих отнянчили, теперя на старости лет будем чужих нянчить.

Минут через сорок дед повесил на забор мокрый матрац. Уставшая и обессиленная вышла бабушка.

- Ну-у? И как тебе?- спросил дед.- Помогаешь всем, а потом вон чё... Тебе что Катя сказала? Погибнешь ты через свою доброту.

- Да не верю я цыганам. Куда деваться, племянница, всё-таки.

- Мать у ней есть, пусть и сидит.

- Видишь, не заладилось у них что-то с Тамаркой,- вздохнула бабушка.

- Да понятно, что не заладилось. Людка-то ненормальная, не видишь разве.

- Пусть погостит немного, а там посмотрим.

Смотреть пришлось недолго, Людка явилась для нашей семьи чёрным предвестником трагических событий, и даже больше – демоном-разрушителем.

(Продолжение следует)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
Вход  

  • Похожие темы на форуме

    • Александр
      От Александр
      В рамках нашего камчатского литературного форума работает специализированная тема для любителей камчатской поэзии. В данной теме публикуем стихи о Камчатке, поэтические произведения, посвященные полуострову Камчатка!
      Одно правило: публикуем только стихотворения собственного сочинения!
      Информация о поэтических сборниках, сборниках стихов и книгах камчатских поэтов, выпущенных на Камчатке (и не только) в разное время: художественная литература Камчатки — поэзия камчатских авторов (электронный каталог книг).
      P. S. Хороша, ах хороша на Камчатке черемша!
      Смежная тема на нашем форуме:
    • Александр
      От Александр
      Стихотворения камчатских поэтов (не о Камчатке)
      Данная тема нашего камчатского форума создана специально для публикации написанных камчатцами стихотворений, не посвященных Камчатке.
      Стихи и песни о Камчатке в этой литературной теме:
    • Камчадал
      От Камчадал
      Уважаемые члены Камчатского отделения Русского географического общества!
      В настоящее время формируется редакционная коллегия журнала "Вопросы географии Камчатки".
      Выразивших желание принять участие в работе редколлегии обращаться к Михайловой Татьяне Робертовне до 19 октября 2017 года.
      E-mail: mikhailova.tat2013@yandex.ru
      Совет Камчатского краевого отделения ВОО РГО.
    • Александр
      От Александр
      Какую книгу вы сейчас читаете или только что прочли? Рассказываем о прочитанных книгах.
      Камчатский интернет-ресурс, где размещена информация о камчатских книгах: библиографическое описание, содержание книги, об авторе, обложка.


×